ГлавнаяСправкаДостопримечательностиИсторияХуд. ЛитьеАльманахТуризмРыбалкаЛегендыПоэзия и прозаФотогалереяОбъявления

  Рейтинг@Mail.ru

 GISMETEO: Погода по г.Касли

 Рейтинг@Mail.ru

 

 

И.С. Широкова

Директор Межпоселенческой Центральной

библиотеки Каслинского муниципального р-на.

 

«Нет в России семьи такой,

где б не памятен был свой герой…»

(О братьях Щербаковых)

 

Война жестоко прошлась по семье моего деда Алексея Васильевича Щербакова, также как и по многим другим в нашей стране. Из семерых братьев пятеро ушли на фронт, живыми вернулись двое – Александр Васильевич и Павел Васильевич. Сложили свои головы на полях, в небе Великой Отечественной войны: Михаил Васильевич, Алексей Васильевич, Сергей Васильевич Щербаковы.

Прекрасно сознаю: то, что ныне я старше всех погибших на войне родственников – это их заслуга, и я очень хочу рассказать о том, что выпало пережить и совершить им в то жестокое время. В моем восприятии все они – герои.

Самый старший из братьев Щербаковых – Михаил Васильевич (1900 г.р.) – кадровый военный. После окончания в 1919 г. курсов политграмоты служил в частях особого назначения, начинал писарем штаба, дорос до начальника штаба дивизии Сибирского военного округа. Прошел, как многие военные того времени, курсы «Выстрел». В 1938 г. уволился из рядов РККА (Рабоче-крестьянская Красная армия) и занялся делами гражданскими, но в 1940 г. вновь призван в ряды Красной армии: сначала на преподавательскую работу в военных учебных заведениях, затем продолжал службу сотрудником отдела по пехоте Уральского военного округа. В армии его и застала война.

Осенью 1941 г. в Удмуртии формируется 357-я стрелковая дивизия и майора М.В. Щербакова назначают начальником штаба. Об этой дивизии маршал Советского Союза И.Х. Баграмян писал: «Четыре года в серых шинелях двигались по дорогам Великой Отечественной войны солдаты прославленной 357-й стрелковой. Не все дошли до победного конца, но память о погибших братьях свято берегут живые».

Ветеран дивизии писатель-боец Михаил Лямин написал книгу «Четыре года в шинелях» - памятник тем, кто сражался за Родину, громил врага, не жалея сил...» (1). Свой первый вклад в дело победы над фашизмом воины дивизии внесли в Калиниских лесах. По свидетельству Лямина М.А. (сражавшегося в рядах 39-й армии), это было трудное время для дивизии. Их соседи, 29-я армия оказалась во вражеском кольце. На улице сретенские морозы, а бойцы не могут даже развести костров в лесу для обогрева, чтобы не выдать себя. Прекратились поступления боеприпасов, медикаментов, продуктов. Необходимо было выводить из-под удара 29-ю армию, так как бездействие могло обернуться крахом и для соседей. Такой приказ вскоре и поступил. 357-й дивизии отводилась роль ударной группы, призванной прорвать извне кольцо окружения соседей. Причем, двум полкам отводилась роль ударной группы, а один – должен был отвлечь противника. Личному составу была рассказана вся правда об операции.

Ситуация усугублялась тем, что точных разведывательных данных о том, какие силы сосредоточил враг в месте предполагаемого прорыва, насколько прочны или слабы его фланги, не было. Артиллеристы понимали, что их задача – поддержать пехоту огнем, но по каким целям и куда наносить удар? Читая об этом, я представляю, что должен чувствовать и переживать человек, боец, вынужденный бросаться в бой вслепую. Но иного выхода у них не было и, только мужество и вера во Всевышнего – подмога воину. В такой обстановке началось наступление.

Противник простреливал каждый метр горловины: «...словно вырвался из-под земли вулкан. Или, наоборот, обрушился на планету весь звездный мир. Все окружающее в минуту превратилось в кромешный ад» (2). Враг подключил и авиацию. Бой был настолько жесток и кровопролитен, что дивизия несет бесконечные потери: погибает и комдив Киршин, и тяжело ранен, заменивший его военком Кожев, убит, пришедший на смену и ему, комиссар стрелкового полка Самсонов. В этом бою смертельно ранен и начальник штаба дивизии – мой двоюродный дед – майор Щербаков Михаил Васильевич, опровергая расхожее мнение, что штабисты всегда в безопасности.

Но потери были не напрасными. М.А. Лямин пишет: «И все-таки, мы сделали свое дело... отвлекли внимание врага на себя. Дали возможность более успешно выполнить поставленную задачу нашему 1190-му стрелковому полку...» (3), который все же прорвал коридор для соединения с частями 29-й армии. Не могу вновь не процитировать Лямина М.А.: «Всю ночь мы хоронили товарищей. Это было трагической закономерностью. Такой была война, и некуда было скрыться от ее обнаженной правды» (4).

Здесь же, в Тверской (бывшей Калининской) области в деревне Раменское Оленинского района, похоронен начальник штаба Щербаков М.В.

Мой дед, мамин отец, Щербаков Алексей Васильевич, был главой большой семьи. Он с бабушкой Евгенией Трифоновной воспитывал пятерых девочек, которым к 1942 г. (уход деда на фронт) было от 2-х до 14-ти лет. О начале войны напоминает семейная фотография Щербаковых: в воскресный день они сфотографировались на память, а вернувшись домой узнали о страшной беде, обрушившейся на страну, и на их семью.

Щербаков Алексей Васильевич занимал ответственную должность – председатель исполкома поселка Касли. И с началом войны жизнь семьи изменилась, Алексей Васильевич пропадал на работе днем и ночью, а к его супруге часто приходили эвакуированные с запиской от мужа: «Женя, накорми и приюти». И кормила, и на ночлег устраивала всех в небольшом доме, состоявшим из комнатки и кухоньки, которую называли «середа». У деда было больное сердце и ответственная должность, но, несмотря на это, он, как и все настоящие патриоты той поры, рвался на передовую. И в феврале 1942 г. Алексей Васильевич уходит на фронт добровольцем. Некоторое время он пробыл в Кургане, где, вновь призванных, обучали воинскому искусству. Бабушка навещала его там несколько раз.

Из его писем того периода явствует, что дед умел многое: сам пек хлеб, купив муки в Кургане; а по дороге на фронт был парикмахером для многих из своего эшелона. Эшелон привез его на Волховский фронт, в состав 52-й многострадальной армии. Армия стремилась прорвать часть окруженных воинских подразделений 2-й ударной армии. 165-я стрелковая дивизия, в составе которой воевал А.В.Щербаков, была введена в бой без артиллерийской поддержки 1 июня 1942 г. По свидетельству начальника особого отдела НКВД Волховского фронта старшего майора госбезопасности Мельникова: «...потеряв 50 процентов бойцов и командиров, положения не выправила» (5). И в этой «мясорубке», в болотах Новгородчины 7 июня 1942 г. погиб мой дед Алексей Васильевич Щербаков. Поклониться отцу на его могилу, в д. Мясной Бор Новгородского р-на Новгородской обл., ездила одна из его дочерей – Валентина Алексеевна.

В одном из последних его писем, буквы, написанные химическим карандашом, расплылись по бумаге; дед объяснял это тем, что всюду вода – внизу болота, сверху идет дождь. А моя мама говорила, что они в семье думали, что не дождь это, а слезы отца, мужа, человека, оторванного от любимой семьи, своего дела и брошенного в ад войны.

Еще рассказывала мама, что главной кормилицей семьи была корова, а когда ее убило током, семье пришлось туго, туже некуда. Моя бабушка Евгения Трифоновна замуж больше не выходила, не допускала мысли о другом муже, кроме своего Алексея. Одна воспитала пять дочерей, все получили образование, стали достойными людьми.

Про младшего брата Михаила и Алексея – Сергея –моя бабушка Евгения Трифоновна говорила, что он «не успел вкусить земного счастья», имея в виду, что не успел завести семью или любимую девушку. Рожденный в 1918 г., в 1935 г. он оканчивает среднюю школу и, как большинство каслинцев в то время, идет работать на завод. Вскоре Сергея призывают в армию и направляют в высшее военное авиационное училище в Оренбурге. Став офицером, Сергей Васильевич Щербаков продолжает военную службу в авиаполке, которым командовал дважды Герой Советского Союза Иван Семенович Полбин.

С первых дней войны Сергей Щербаков сражается в небе против фашистов. Лейтенант Щербаков к началу войны, несмотря на молодость, был умелым командиром, воином, пилотом. За время участия в военных действиях им сделано 40 боевых вылетов.

Его боевой командир И.С. Полбин писал: «Он был способен выполнить любое боевое задание командования. Причем, выполнял, только, хорошо и отлично. И в этой боевой работе Сережу выделяла его скромность» (6).

Воевал он на Западном фронте. Именно о нем, более чем о других братьях осталось больше всего письменных свидетельств его командира и друзей.

Не раз приходилось Сергею Васильевичу приводить тяжелую машину (бомбардировщик СБ) на одном моторе и с неисправным шасси, но его профессионализм не подводил и он блестяще сажал свою машину на аэродром. Его фронтовой друг, впоследствии Герой Советского Союза Л.В.Жолудев, в своей книге «Стальная эскадрилья» описывал один из таких полетов товарища, когда во время возвращения с задания домой: «Вдруг из плотного боевого порядка «выпал» и начал быстро отставать самолет Сергея Щербакова. Неужели и его подбили! Без разрешения ведущего покидаю место в группе и пристраиваюсь к машине Сергея. Знаю, что штурман у него неопытен и, может быть, ему понадобятся лидер или какая-либо другая помощь. Левый мотор дымит, но умеренно, бывает хуже. А вот зияющие рваные раны в крыле – это уже серьезнее. С такой аэродинамикой можно всего ожидать в полете и особенно при посадке.

Иду с Сергеем крыло в крыло. Он видит меня, пытается улыбнуться. Очень трудно ему сейчас: управление машиной стало тяжелым, она вяло реагирует на отклонение штурвала, и это при одном работающем моторе. А ведь идем у самой земли, занятой оккупантами, где вынужденная посадка равносильна смерти» (7). Оба держат предельно малую скорость и отстают от группы наших бомбардировщиков. Наконец, преодолена линия фронта и летчикам удается набрать 50-70 метров высоты, но тут меткая очередь нашего зенитчика прошивает правое крыло самолета Жолудева, проклиная в душе разгильдяев зенитчиков и, пустив на всякий случай зеленую ракету «Я - свой», все же оба прижимаются к земле, ведя поиск аэродрома для срочной посадки Сергея.

«Видимо, недаром говорят, что на ловца и зверь бежит. Небольшой доворот вправо по команде штурмана, и мы замечаем посадочную полосу, несколько наших истребителей на стоянках. Сергей осторожно входит в круг, делает один разворот, другой, снижается...Я виражу над летным полем, пока не убеждаюсь, что напарник благополучно приземлился. Потом, покачивая самолет с крыла на крыло, ложусь на курс к своему аэродрому» (8).

24 августа 1941 г. девятку бомбардировщиков повел в бой майор И.С.Полбин. Из оперативной сводки штаба Западного фронта № 118 к 20.00 24.08.41 г.: «ВВС фронта имели задачу взаимодействовать с частями 19-й армии на поле боя и уничтожить прорвавшиеся части противника на фронте 22-й армии». Как выполнял эту боевую задачу Сергей Васильевич, свидетельствуют строки из письма И.С.Полбина родителям и родным С.В. Шербакова: «Зайдя с тыла двигающимся танковой и мотомехколонне мы, внезапно для противника, атаковали его огнем пулеметов. Сильно мы били врага в этот вылет, но и он нам оказал мощное огневое противодействие....

Этот бой в моей памяти сохранится как замечательный пример героической самоотверженности моих подчиненных - орлов против наземных войск противника! Все экипажи, будучи охвачены желанием максимально истребить живую силу противника огнем своих пулеметов, своевременно не заметили подхода истребителей противника. Выходя из боя, с наземными войсками повели огонь по подходящим истребителям. В одной из атак истребители зажгли самолет Сергея.

Горящий самолет Сергей продолжал вести к своей территории, а экипаж отстреливался. Сергей, очевидно, с попыткой оторваться от истребителей перешел на бреющий полет, оторвавшись от основной группы товарищей. Продолжая полет на горящем самолете, на низкой высоте он врезался в землю и сгорел со своим штурманом – сержантом Частовым. Стрелок-радист Журкин обгоревшим был выброшен из кабины» (9). В потерях по Западному фронту по сводке штаба Западного фронта №120 к 20.00 25.8.41г. значится один сбитый самолет СБ – машина Сергея Васильевича Щербакова».

Письмо И.С. Полбина заканчивается такими строками: «Ваш сын и брат Сергей Васильевич Щербаков за образцовое выполнение боевых заданий, и проявленное мужество и храбрость, награжден Военным Советом Западного фронта орденом Красного Знамени» (10).

О том, какое значительное место в жизни Героя Советского Союза, генерал-лейтенанта Л. В. Жолудева занимал его однокурсник по училищу и боевой товарищ С.В.Щербаков говорят строки из его книги: «Словно живой встает перед глазами Сергей Щербаков –высокий, широкоплечий русский богатырь из Касли. Добрый, простодушный, он с улыбкой шёл на самые трудные задания. Лейтенанту было всего 23 года. Светловолосый и сероглазый, он выглядел иногда рослым мальчиком. Но в бою действовал, как умудренный опытом воин, мужеству и мастерству которого мог позавидовать каждый (11).

Когда Сергея не стало, его товарищ поклялся мстить за друга, пока руки держат штурвал. И еще задумал: «Если доживу до победы и у меня родится сын, непременно назову его Сергеем....». До самого конца войны Сергей Васильевич Щербаков был всегда со мною рядом, в моем сердце. Мы уходили в грозовое небо великой битвы и разили ненавистных оккупантов. Знает об этом и мой сын Сергей, который, я надеюсь, унаследовал от фронтового друга его отца не только имя, но и лучшие качества советского патриота –верность долгу, безграничную любовь к Родине, неугасимую ненависть к врагам...» (12).

Совсем недавно, в мае 2010 г., из архивных документов, помещенных на одном из сайтов Интернета, родственникам стало известно, что Сергей Васильевич Щербаков за отвагу и героизм, проявленные в боях с фашистами 02.11.1941 г., награжден орденом Красного знамени.

Хочется поклониться памяти нашего краеведа Николая Ивановича Ершова, который провел большую работу по поиску сведений о боевом пути С.В. Щербакова. Благодаря ему родные узнали, что останки погибшего летчика похоронены в братской могиле в поселке Кунья Псковской области.

Помню, в детстве я с бабушкой Евгенией Трифоновной и двоюродным братом Алексеем, частенько ходили в гости в семью Павла Васильевича и Екатерины Николаевны Щербаковых. Павел Васильевич вернулся живым, прослужив 4 года в армии в мирное время, и 5 лет воевал на фронте. Каково дяде Пане (его все близкие так называли) пришлось на войне, никто особо не знал. Родным он почти ничего не рассказывал, начинал плакать, когда заходила речь о военном прошлом, вероятно, это было следствием неоднократных ранений, ведь вернулся он инвалидом 2-й группы. Из документов знаю, что воевал в отдельном батальоне связи на Ленинградском и Белорусском фронтах, участвовал во взятии Кенигсберга, имел звание сержанта, был командиром отделения, а закончил военный путь на Дальнем Востоке, воюя с японцами, и демобилизовался лишь осенью 1945 г.

Еще один брат деда – Александр Васильевич вернулся живым, женился, родились дочери, но, к сожалению, мне не удалось узнать подробностей его фронтового пути.

Работая над статьей, встречаясь с родственниками воинов, читая материалы о их судьбе в военную годину я испытала глубочайшее эмоциональное потрясение, не побоюсь сказать катарсис. Глубоко благодарна семье Яскиных-Трофимовых, Клавдии Алексеевне Щербаковой, Екатерине Николаевне Щербаковой, сотрудникам Каслинского историко-художественного музея за предоставленные материалы и личные воспоминания, без которых данная статья была бы невозможна.

 

Источники информации:

1. Баграмян И.Х. Слово о 357 стрелковой. //Удмуртская правда.-1965.-10.02. http://militera.lib.ru/memo/russian/lyamin_ma/05.html

2. Лямин М.А. Четыре года в шинелях //Ижевск. Удмуртия,1970. http://victory/mil.ru/lib/books/memory/lyamin_ma/

3. Лямин М.А. Четыре года в шинелях //Ижевск. Удмуртия,1970. http://victory/mil.ru/lib/books/memory/lyamin_ma/

4. Лямин М.А. Четыре года в шинелях //Ижевск: Удмуртия,1970. http://victory/mil.ru/lib/books/memory/lyamin_ma/

5. Докладная записка начальника особого отдела НКВД Волховского фронта старшего майора Госбезопасности Мельникова о срыве боевой операции по выводу войск 2-й Ударной армии из вражеского окружения от 06.08.1942 г. http://militera/lib.ru/bio/konyaev_nm/08.html

6. Письмо майора Полбина И.С. Родным и близким С.В.Щербакова. 12.12.1941г. Каслинский историко-художественный музей, Ф.15,оп.38.

7. Жолудев Л.В.Стальная эскадрилья. М.Воениздат, 1972г.,стр.59.

8. Жолудев Л.В.Стальная эскадрилья. М.Воениздат, 1972г., стр.60.

9. Письмо майора Полбина И.С. Родным и близким С.В.Щербакова. 12.12.1941г.

10. Письмо майора Полбина И.С. Родным и близким С.В.Щербакова. 12.12.1941г. Каслинский историко-художественный музей, Ф.15, оп.38.

11. Жолудев Л.В.Стальная эскадрилья. М.Воениздат, 1972г., стр.87.

12. Жолудев Л.В.Стальная эскадрилья. М.Воениздат, 1972г., стр.88.

 

Фото № 20. Семья Щербаковых (слева направо) –
1-й ряд: Сергей Васильевич, Анна Васильевна, Павел Васильевич.
2-й ряд: Григорий Васильевич, Михаил Васильевич с дочерью Валей, жена Михаила
Васильевича с дочерью Лилей, Евдокия Федоровна и Василий Васильевич (родители)
с дочерью Варварой Васильевной, Евгения Трифоновна, жена Алексея Васильевича.
3-й ряд: Александр Васильевич и Алексей Васильевич.

 

Фото № 21. Снимок 1 июня 1941 года.
Сидят: слева направо Евгения Трифоновна (мать)
с дочерью Тамарой на руках, дочери Нина и Валентина, Алексей Васильевич (отец).
Стоят: дочери Вера и Клавдия.

 

Фото № 22. Л.В.Жолудев и С.В.Щербаков