ГлавнаяСправкаДостопримечательностиИсторияХуд. ЛитьеАльманахТуризмРыбалкаЛегендыПоэзия и прозаФотогалереяОбъявления

  Рейтинг@Mail.ru

 GISMETEO: Погода по г.Касли

 Рейтинг@Mail.ru

 

 

Хирург  А.Г. Игнатова

(Берегите честь белого халата!)

Алевтина Герасимовна Игнатова родилась 15 октября 1925 г. в г. Смоленске. Окончила I-й Московский Ордена Ленина медицинский государственный институт в 1949 г. Муж – Виктор Павлович Игнатов, 1924 г.р., работник фотолаборатории Каслинского Радиозавода, на пенсии. Сын – Сергей Викторович Игнатов, 1958 г.р., врач-реаниматолог скорой медицинской помощи в г. Смоленске. Сноха – Лариса Владимировна Игнатова, 1957 г.р.,  врач кабинета УЗИ городской поликлиники г. Смоленска. Внучка – Юлия Сергеевна Игнатова, 1982 г.р., студентка 2-го курса Смоленской медицинской Академии. Внук – Павел Сергеевич Игнатов, 1988 г.р., учащийся 7 класса в г. Смоленске.

Д е д  по линии матери – Петр Степанович Аргунов родился и жил в дер. Слобода Смоленской обл. в семье служащего. Была совсем маленькой, помнит его плохо. Работал бухгалтером в загозерно г. Ельна Смоленской обл.  Семья имела свой дом и большой фруктовый сад, не менее 30 соток. Фруктов собирали гораздо больше, чем требовалось самой семье. Излишки бабушка продавала пассажирам на железнодорожном вокзале. Время было трудное. Вырученные от сада деньги позволяли жить безбедно.

Дед был добродушным, отзывчивым, общительным. В 1941 г. деду и бабушке предлагали эвакуироваться. Они категорически отказались и какое-то время жили в оккупации. Дед погиб в 1942 г. в своем саду от прямого попадания снаряда. Дом не пострадал.

Б а б у ш к а   по линии матери Софья Ивановна Аргунова – домохозяйка. Имела 4-х  сыновей и 1 дочь (мать Алевтины Герасимовны). Кроме забот по дому и о детях занималась выращиванием овощей и фруктов. Заботливая, очень любила свою дочь. Внучка жила у нее 2 года, пока родители учились в Смоленском Университете.

Старший  д я д я  Виктор Петрович Аргунов – военный, в чине подполковника (или майора?), служил в Армии, жил в Москве. Был крестным отцом. Отец был членом КПСС, участвовать в крещении не мог.  На крещение в церковь затаскивали в окно, чтобы никто не заметил. Хорошо помнит, что с ложечки во время этой процедуры подносили сладкий напиток, который очень понравился. Было это в возрасте 4-5 лет. С дядей Виктором  часто общались, когда училась в медицинском институте. Звал почему то всегда «Олина» и учил уму-разуму. Советовал не хранить никаких писем, т.к. они когда-то могут «подвести».

М а т ь – Евдокия Петровна Синицина, врач. Работала терапевтом в г. Ельне на приеме и в стационаре. В доме был истинный матриархат. Властная. Детей воспитывала в строгости. Не разрешала отсутствовать дома дольше положенного времени. Постоянно и тщательно следила за дневником и оценками. Требовала оказывать помощь в ведении домашних работ.  Иногда Алевтина убегала от младшей сестры и та плакала. Мать строго отчитывала за это. Физических мер воспитания никогда не применяла.

О т е ц – Герасим Миронович Синицин окончил словесно-исторический факультет Смоленского Университета. Преподаватель литературы, русского языка, истории. Был добрым, заботливым, любил детей. Помог поступить в медицинский институт. Умер в возрасте 68 лет от заболевания крови – острого лейкоза. Последние дни жизни часто получал переливания крови.

Д е т с т в о  прошло в г. Ельне в доме деда и бабушки, где жили и родители. Постоянно была во фруктовом саду с бабушкой Софьей. Тридцатые годы – времена сложные и тяжелые. Процветало воровство. Жили рядом с железнодорожной станцией. Нередко слышались голоса пассажиров, сошедших с поезда: «помогите, помогите …». Грабители здесь же перебирали добытое, что им нужно было забирали, а остальное бросали. Несколько раз на месте дележа находили брошенные детские игрушки. Во время отъезда отца, в дом несколько раз стучались сомнительные люди и просили о несуразном. То покажите где вокзал, а он в пяти шагах. То помогите, но не говорят в чем именно помочь. Обычно этих людей отправляли к дежурному по станции. И он никогда не подтверждал надобность этих просьб. Для предотвращения взломов на окна приходилось делать надежные ставни.

Основные  ш к о л ь н ы е  годы тоже прошли в Ельне. Учащиеся тех лет не были очень беспокойными. Строго соблюдали дисциплину и «этикеты». Первые классы училась не очень хорошо. Трудно давалось чтение. Было очень неприятно, когда учитель поднимал и просил вслух читать перед классом какой-то текст. Школа, в которой училась, была показательной. С 5 класса учеба наладилась, училась на «хорошо» и «отлично». Восьмой класс закончила в предвоенное время, в 1941 г.

Вскоре после начала  в о й н ы  над Ельней стали летать немецкие самолеты на бреющем полете. Наши войска отступали через Ельню.  В 40 км. от Ельни – в Дрогобош был немецкий десант. Наши солдаты обращались в железнодорожную амбулаторию. Помогала матери перевязывать их, поить водой. Был подан товарный железнодорожный состав и жителям Ельни предложена эвакуация. Взяли с обой только самое необходимое. Думали, что скоро вернутся. Никто не предполагал, что война затянется так долго. Ехали с остановками. Очень боялись бомбежек с воздуха. Смоленск уже был в руках у немцев. Ехали около недели без происшествий. Остановились в Мичуринске, где жили на частной квартире, как беженцы. По дороге питались тем, что удалось  взять с собой. Денег не было. Меняли вещи на пищу. В Тамбовском Облздравотделе мать получила назначение для работы в с. Б. Липовцы, где потом работала главным врачом участковой больницы.

Дочери Алевтине  тогда было 16 лет. В школе этого села с отличием и окончила 9-й и 10-й классы. Директором школы был Василий Иванович Фуфаев. Вместо рукоделия девушки изучали тракторы. Говорил, что готовили школьников к тому, чтобы быть танкистами. Приходилось управлять трактором под присмотром преподавателя.

После окончания школы поступила в Тамбовский педагогический институт, где проучилась 3 мес. В этом году (1943 г.) была освобождена Ельня. Вернулись на свою родину. Квартира при вокзале была занята другими. Стали жить в доме деда. Позднее родители получили квартиру рядом со школой, где училась раньше. Этот год не работала, занималась домашним хозяйством и садом.

В 1944 г. поступила в I-й Московский государственный медицинский институт, под покровительство крестного отца.  Война.  Карточная система. Талоны на «ДП» и «УДП» (дрполнительное и усиленное дополнительное питание). Жила на квартире у Анны Васильевны Комаровой на «Плющихе».  Ее сын жил в Саратове, работал летчиком-механиком. Мать часто ездила к нему. Оставалась в квартире совсем одна. Жили с хозяйкой дружно. Студентке родители присылали багажом картошку. Анна Васильевна работала в столовой. Готовая продукция из столовой нередко была на столе в квартире.

Первые два курса учиться было трудно. Сказывалась школьная подготовка в провинции. Преподаватель анатомии Драч был строгим. Мышцы, связки, суставы, нервы, сосуды… Учили днем и ночью. Зубрили. На третьем курсе адаптировалась, «троек» не стало.

Все трудности и горести переживала с подругами. Валя Свиридова из Тулы, дочь врача. Иногда ездили вместе в Тулу к ее родителям. И Венера Дедик из бывшей Молотовской обл.  Венера была заводилой всех массовых мероприятий. Любвеобильная такая девушка. Студенческие вечера всегда были шумными и веселыми. Но много времени уходило на стояние в очередях за продуктами питания. Не смотря ни на что, со стипендией всегда покупали хоть немного восточных сладостей.

У дяди умерла жена. Бывать у него стала реже. Чаще стала посещать музеи и театры. Оперу не совсем понимала, но танцы нравились. Первое, что посещала в Московских театрах – это «Царская невеста, «Евгений Онегин», «Травиата» и др.

К экзаменам готовились вместе с Венерой Дедик. Перед экзаменами всю ночь не спали, глотали таблетки фенамина. По несколько раз «экзаменовали» друг друга. Свои оценки часто совпадали с истинными. Все экзамены сдала на «хорошо» и «отлично». Это было в 1949 г.

Распределение начиналось с беседы у ректора. Каждого спрашивали, где бы хотел работать. Перед комиссией был список городов, куда требовались специалисты. Направили в Челябинскую обл. В отделе кадров Облздравотдела предложили Касли или Кыштым. Особенно расписывали прелести Каслей: горы, озера, ходят трамваи (да, да – трамваи!), грибы, ягоды. Из Челябинска через Маук ехала по железной дороге в прицепном вагоне до ст. «Касли». Всю ночь коротала на вокзале. Утром по шпалам пошла искать Горздравотдел. Заведующего ГЗО Дмития Владимировича Статирова в то время не было. Замещала его Фаина Михайловна Фестинатова (Ахлюстина). Жилья нет. Предложено было устроиться на частной квартире. Об этом узнала вторая жена Д.В. Статирова – медсестра, и временно, довольно любезно,  пригласила к себе на квартиру. Это была  Мария Николаевна Статирова.

Первая жена Д.В. Статирова – Александра Тимофеевна Статирова была директором школы. Она была депутатом, но какого уровня – точно не знает. Была добрым, внимательным и порядочным человеком. Все ее любили в Каслях и признавали. Она всем старалась помочь, чем могла. Авторитет ее был настолько высок, что понятие «Статировская школа» в Каслях до сих пор сохранилось. Она была директором этой школы и хорошим, уважаемым всеми человеком. Потому и память о ней – добрая и долгая.

Детей у Д.В. Статирова от первого брака не было. Приемный сын и дочь?   Были, но сведений о них сейчас нет никаких. От второй жены был сын Игорь Владимирович, умер в возрасте 40 лет. Вскоре после этого вторая жена уехала в Челябинск, а после смерти Д.В. Статирова вновь вышла замуж. Другими сведениями о семье  Статировых не располагает.

Позднее Алевтина Герасимовна жила в частном доме по ул. Коммуны, 190. Здесь без хозяев жили две медсестры больницы. Сюда и переехала с помощью работника профсоюза Зудихина. Ходить на работу было далеко. Пешком. Особенно зимой. Снегу наметало много. Когда идешь по тропинке в валенках, часто оступаешься, все валенки уходят в рыхлый снег.

С первых дней работала хирургом: в поликлинике по 3 часа в день и по 3 яаса ежедневно в стационаре. Оклад был 690 руб. в месяц. Такого понятия как «прожиточный минимум» тогда не было. Но доходы врача были ниже этого уровня. По совместительству была заведующей скорой медицинской помощи.  Вызова обслуживали на лошади.

Заведующим хирургическим отделением Каслинской городской больницы (так тогда она называлась) был своеобразный человек и врач Сергей Яковлевич Захаров. За глаза его называли «Мефистофелем». Говорил он мало. На вид – не приветливый. Мало общительный. Работал в стационаре и консульитровал больных присылаемых из поликлиники. Писал очень кратко, как в мстоии болезни, так и в опрерационном журнале. Перед тем как оперировать острый аппендицит, переводил его в холодный период: покой, холод на живот, наблюдение. После того как стихали острые явления – оперировал. Это шло в разрез с официальной  трактовкой срока операции при остром аппендиците. Официальных указаний свыше о недопустимости подобного не поступало. Нежелательных последствий для больных острым аппендицитом, оперированных С.Я. Захаровым, не помнит.

Позиция заведующего не соответствовала тому, чему учили в институте. Но «перечить» было нельзя. Ибо слово заведующего в то время – закон. Много курил. Любил выпить. Спирт держал у себя под замком. За каждой порцией спирта сестры ходили к нему. Больничная кухня была совсем рядом с хирургическим отделением. Шеф-поваром был Александр Васильевич Лежнев. Нередко Сергей Яковлевич подходил к нему и говорил: «Александр Васильевич, поставь «жаренку». Вместе они эту «жаренку» и кушали. Зеленого змия не прогонял ни тот, ни другой.

Немного позднее Сергей Яковлевич заболел. Были выраженные проявления сердечно-сосудистой недостаточности. На работу его возили на лошади, в возке. В связи с его болезнью в 1951 г. Алевтина Герасимовна была назначена заведующей хирургическим отделением.

Сразу пршлось пересмотреть поток движения больных. Отделение условно разделили на два крыла. Одно – «чистое», другое – «гнойное». В «чистом» крыле расположены были: операционная, процедурный кабинет и пункт для забора крови, две чистых палаты: мужская и женская, кабинет врача (в т.ч. для дежурных врачей). В то время был всего один пост дежурных врачей. Не было, как сейчас, дежурного поста терапевта, педиатра. Другие  специалисты при необходимости вызывались из дома.

В «гнойном» крыле  были расположены: перевязочная, две палаты и рентгеновский кабинет. В перевязочной в первую очередь обрабатывали «чистых» больных, а потом «гнойных». Немного позднее перевязочная была перегорожена на 2 части, в одной из которых проводились травмвтологические процедуры (скелетное вытяжение,  закрытая репозиция переломов, наложение гипсовых перевязок).

Ранее лечившихся в отделении гинекологмческих больных, в т.ч. аборты, перевели в гинекологическое отделение.  Сергей Яковлевич оставался работать в отделении на 0,5 ставки.  Спросил: «Какую палату для ведения больных дадите?». Ответила, что выбирайте сами, какая понравится.  Выбрал женскую гнойную палату, где было около 8 коек. На работу его продолжали  возить на возке.  С приездом на работу проблем не было. Другое дело, когда нужно было увезти Сергея Яковлевича с работы домой.  Лошадь одна, разных работ много, не всегда во-время это получалось. Приходилось вмешиваться, успокаивать разволновавшегося коллегу.

Через некоторое время сама и несколько медицинских сестер прошли специализацию по переливанию крови в Челябинской областной больнице. После этого открыли пункт забора крови у доноров.  Кровь использовалась только для нужд своего города и района. Из забранной у доноров крови готовили консервированную кровь. Доноры были «платные» и безвозмездные. У каждого донора забирали по 200-250 мл. крови. Этот пункт просуществовал около 8 лет. В дальнейшем стали пользоваться кровью и ее компонентами, заготовленными Областной Станцией переливания крови. В экстренных случаях кровь доставлялась Областной санитарной авиацией. В плановом порядке – машиной скорой медицинской помощи Каслинской ЦРБ.

Рентгеновский кабинет, располагавшийся в хирургическом отделении, обслуживал всех больных города и района через общий с отделением вход. Рентгенологом работала врач Евгения Васильевна Карасева.

До 1954 г. в отделении работало 2 хирурга. Если один утром в отделении, то второй в это время в поликлинике. После обеда менялись. В ночное время в сложных случаях вызывали друг друга и оперировали вдвоем.

В 1954 г. одновременно 5 или 6 врачей были командированы на специализацию. Сама – по травматологии, Александр Иванович Лебедев – по онкологии, Евгения Васильевна Карасева – по рентгенологии, Людмила Николаевна Востротина – по неврологии, Дмитрий Владимирович Статиров – по общей хирургии, все – в Лениградский ГИДУВ.

С Д.В. Статировым в Ленинграде случился тяжелый инфаркт миокарда, с которым он не мог справиться. Его тело в цинковом гробу првезла в Касли специально командированная туда врач  Лидия Яковлевна Дятлова (Хлызова), которая в то время работала начальником МСЧ и была членом горкома КПСС.

Операции по поводу острых хирургических заболеваний проводились в полном объеме. При аппендиците, ущемленных грыжах, кишечной непроходимости, внематочной беременности и апоплексии яичников, травмвтологические операции, ампутации конечностей при облитерирующем эндартериите и др. Первые годы работали только сами, на свой страх и риск, варились в своем соку. Хоть какой-то помощи со стороны не было. Потом стали поступать методические письма по тактике ведения больных с конкретной патологией.  Стали приезжать проверяющие, делали замечания и давали рекомендации.

Операции по поводу аппендицита стали делать в остром периоде, в экстренном порадке. Главный хирург Челябинской  обл. Александр Иванович Казанцев весьма доброжелательно относился к хирургам периферии. Он не столько проверял их работу, сколько учил на месте проводить более сложные операции, чем они делались. Однажды он проводил показательную плановую резекцию желудка в условиях хирургического отделения Каслинской больницы. Из-за отсутствия должных условий для этого – нервничал, а потом даже бросался инструментами. После операции долго извинялся перед врачами, медицинскими сестрами и санитарками. Здесь он при всех заявил: только сейчас хорошо понял, что проведение серьезных полостных плановых операций на периферии зависит не только (и не столько!) от желания хирургов, сколько от тех условий, в которых они работают.

Одно время считалось, что хирург тем более ценен, чтим, чем он больше делает сложных операций. И не обращалось внимание на то, в каких условиях делаются эти операции. Каков отдаленный результат – тоже мало кого интересовал. После операции остался жив и хорошо. Позднее на уровне области  вышли рекомендации отказаться от плановых полостных операций там, где нет для этого надлежащих условий.

В хирургическом отделении Каслинской больницы  в то время были прооперированы 2 больных по поводу язвенной болезни (резекция желудка). Первый остался жив, второй умер. После этого особых желаний идти на сложные плановые операции не стало. При необходимости таких больных стали направлять в Челябинскую областную больницу.

Начало операций по поводу узлового зоба тоже связаны с главным хирургом Челябинского ОЗО А.И. Казанцевым. Но со становлением Областного эндокринологического диспансера эти операции диспансер взял на себя.

Многих врачей, как и всех простых смертных, «прихватывал» аппендицит. Среди них: В.И. Гладышев, Т.И. Зубарева, Контарева, Т.Н. Троицкая, Г.М. Коровин и др. Сама оперировала по поводу острого флегмонозного аппендицита своего сына Сергея. Боли в дивоте появились вечером, сказал об этом только утром. Были сомнения. Попросили осмотреть больного педиатра Э.П. Варганову. Особых беспокойств ребенок не вызывал. К вечеру же были явные признаки раздражения брюшины. Тянуть, откладывать было нельзя. Аппендикс был  флегмонозно изменен, почти готов к прорыву. Хорошо, что решилась на операцию сама. Пока вызывали бы кого-то, прободение было бы  точно. Оперировала под местным наркозом. Сын постоянно спрашивал: «Ну, чего там мам…скоро зашивать будете…». Операция прошла благополучно. В палате до 10 больных, покоя никакого. Настойчиво просился домой. На 3-й день после операции забрала сына домой. Дома делали все необходимое для выздоровления.

Приходилось держать в руках раненое ножом сердце. Такое бывает не часто. Обращались за помощью в Челябинскую областную больницу. Ответили, что должны обходиться своими силами. Первый раз оперировали с хирургом А.А. Ким. Второй больной был с гораздо более серьезным ранением сердца. Спасти его не удалось.

За последние 30 лет в разное время в отделении Каслинской больницы работали хирурги: Владимир Александрович Лущик, Геннадий Михайлович Скоморохов,  Людмила Кирилловна Смолко, Алексей Аронович Ким, Анатолий Аристов,  Пономарев, Сергей Иванович Чудиновский, Виктор Иванович Гладышев, Виктор Иванович Сидоров, Сергей Павлович Зимин, Михаил Николаевич Рождественский, Юрий Леонидович Мягков.

Вначале из медицинских сестер имели: одну операционную –Татьяна Андреевна Бастрикова, одну перевязочную – Мария Степановна Мишарина, одну по наркозу и одну по переливанию крови. Длительное время старшей медицинской сестрой работала Валентина Андреевна Ласькова (Чупрунова). Круглосуточный пост палатных медицинских сестер долгое время был один, позднее – два поста. Особо запомнились аперационно-перевязочные медицинскме сестры Анна Филипповна Матерухина, Нина Петровна Пелагейченко и Нина Ласькова.

С санитарками особых проблем не было. Ими грамотно и старательно занималась старшая медицинская сестра отделения. Им было тяжело. Воду к отделению подвозили на лошадях в бочке, потом таскали ведрами. Позднее в верхней части коридора поставили большой железный бак, воду стали перекачивать насосом.

Весь персонал отделения брал на себя «добровольные» социалистические обязательства: повышать идейно-политический уровень и моральный облик, повышать свою квалификацию путем посещения конференций, выписки и изучения специальных периодических изданий, монографий, овладеть той или иной смежной специальностью.

Сотрудники со стажем брали шефство над молодыми сотрудниками и морально несли за них какую-то ответственность. В отделении ежедневно проводился техчас, где медсестры по графику делали доклады по актуальным вопросам жизни отделения (в основном, по санэпидрежиму). Регулярно проводились политинформации по международному положению и по внутренней жизни в стране.

Не проходило месяца, чтобы в отделении не побывала какая-нибудь комиссия, то больничная во главе с начмедом, то из санэпидстанции, то из народного контроля. Члены комиссии ходили с ваткой в руке, поднимались на цыпочки, а некоторые даже на стул, чтобы проверить наличие пыли где-то. Протирали ваткой то, что они могли достать. Не дай Бог вата после этого изменит цвет – нагоняй на всех уровнях не избежать.

Отделения больницы соревновались между собой за призовые места по качеству работы. Критерии оценки работы отделений разрабатывал профком совместно с начмедом и главной медицинской сестрой больницы. Хирургическое отделение часто завоевывало первые места. За первые 3 места полагалась Грамота и какой-нибудь подарок: картина, часы, тонометр, путевка в санаторий или дом отдыха и т.д. Вручалось все это при подведении итогов соревнования в торжественной обстановке.

Можно по разному думать и говорить о том, что было. Но рациональное зерно из этого можно было бы использовать и сейчас. Современная система  человеческих отношений основной упор делает на деньги и предприимчивость, почти полностью сбрасывая со счетов человеческицй фактор. Между тем один и тот же человек, один и тот хе коллектив способен проявить себя совершенно по разному при разном к нему отношении, при разной к нему требовательности и внимании.

Чтобы женщина в районной больнице проработала хирургом в стационаре 30 лет, да еще и заведующей отделением – это явление весьма редкое. Не каждый мужчина способен на такое. Если б моя воля, то я отправлял бы хирургов и акушер-гинекологов на пенсию на 5 лет раньше. Так они «выматываются». Особенно заведующие. Ответственность за больных огромная и ежедневная, а нередко и ежечасная, ежеминутная. Поэтому, при достижении пенсионного возраста в 1981 г. без колебаний передала обязанности заведующего отделениея сравнительно молодому хирургу Юрию Леонидовичу Мягкову.

С  1981 по 1998 гг. работала хирургом поликлиники Каслинской больницы. Вела сначала общий прием хирургических больных, затем был введен отдельный прием травматологических больных. Занималась диспансеризацией хирургических больных. Проводила беседы и лекции в поликлинике и в учреждениях (по плану). Участвовала в проведении техучебы на различные темы.

Алевтина Герасимовна в разные годы своей деятельности избиралась депутатом Областного и Районного Советов, награждена знаком «Отличник здравоохранения», является Почетным гражданином  г. Касли.

В заключении Алевтина Герасимовна пожелала всем работающим сейчас коллегам как можно быстрее переехать в новый строящийся сейчас лечебный корпус. Без сомнения, что он будет оборудован всей необходимой диагностической и лечебной аппаратурой, что позволит улучшить обследование и лечение больных, расширит круг оперативных вмешательств. Призывает всех медицинских работников бережно, бескорыстно, душевно относиться к больному человеку. Профессия врача гуманна, это вечный подвиг. У хирурга, как ни у кого другого, постоянно должны быть чистыми, как руки, так и совесть.

У хирурга, как и у других врачей, всегда должно быть чувство такта, взаимопонимания и уважения к товарищу по работе. Помните это, приэывает Алевтина Герасимовна, берегите честь белого халата!

 

И в завершении любимые А.Г. Игнатовой стихи:

 

Жизнь… Как и чем ее измерить?

Быть может просто суммой лет?

Но разве возраст тот критерий,

Что даст итоговый ответ?

Да, жизнь нам раз дается только,

Мы вправе ею дорожить.

Но все-таки важней не сколько,

А как смогли ее прожить (366).

Г.М. Коровин

 

Примечание: Все обозначенные в тексте источники информации можно узнать у автора Cepeliuz@yandex.ru